способы проявлять к себе немножко сострадания, когда вам уже тяжко и мало сил:

— представить фигуру кого-то доброго, крепкого и поддерживающего, можно из вашей жизни, можно персонажа (для меня такой фигурой является дядя Айро из мультфильма): если бы он вас встретил, как бы он к вам отнёсся? что бы сказал вам?
— выйти на улицу и чуть-чуть пройтись (можно даже до продуктового или банкомата), почувствовать ветерок на щечках и увидеть небо;
— попросить о помощи;
— согреться: надеть ещё один свитер, укрыться одеялом;
— приобнять себя;
— писать списки (можно совсем бесполезные, просто для радости, например, список любимых оттенков гуаши или список лучших пейрингов в аниме 1991 года);
— смотреть на что-то красивое (например, на птиц или деревья через окно, на отблески света, которое солнце оставляет на стенах);
— что-то бренчать на музыкальных инструментах, не пытаться делать the музыку, просто чувствовать, как пальцы создают звук;
— переиграть в любимую игру или перечитать родную книгу, которая даёт чувство безопасности;
— позвонить кому-нибудь без повода;
— сделать себе горячий напиток (я люблю какао с соевым молоком) и пить его без спешки, чувствуя пальцами тепло чашки;
— чувствовать прикосновение тёплой воды (можно пойти в душ или просто подставить руки под кран);
— мягко и бережно прикоснуться к своей коже, например, намазаться кремом для рук;
— не винить себя за недостаточно продуктивно проведённое время;
— стимминг, трогать тактильно приятные вещи (например, я ношу колечко с приятным гладким камешком или пью воду через тактильно приятную стеклянную трубочку);
— намазаться блёстками;
— надушиться любимыми духами или зажечь благовония;
— надеть маску для глаз, шумоподавляющие наушники, поставить технику в чёрно-белый режим (ctrl+win+c), выключить на ней звук и вообще уменьшить стимулы;
— представить кого-то, кого вы очень любите, например подругу или зайчика, которым сейчас так же плохо, как вам, попробуйте почувствовать к ним сострадание без обвинений а потом перенесите это чувство на себя;
— обнять плюшевую игрушку и лежать с ней;
— покормить себя чем-то простым и вкусным (что не требует готовки, можно для этого заранее заморозить еду), представьте, что вы кормите кошку;

Кто-то может сказать, что самосострадание — это гораздо более сложное переживание, построенное на осознанности, эмпатии, альтруизме, и никакого сострадания в том, чтобы наесться пирожков с вареньем, нет. Я с этим не соглашусь. Путь к такому более глубокому самосостраданию лежит через маленькие акты доброты, которые окружающим могут казаться эгоизмом, гедонизом или ленью. Ну а я на вашей стороне и верю, что это всё-таки маленькие акты доброты.

Закончу цитатой, которую подхватил в медитаторском сообществе: "Awareness without compassion is like sunshine without warmth."

Сделали авторский мем (спасибо джей за вдохновение и чудесную интервизию! наглейше украли их цитату) про то, к какой нарративной практике я стремлюсь:

Учебный курс по работе с гендерно-вариативными людьми, который я проходила в том году и обеими руками рекомендую, переехал на независимую платформу и теперь живет вот тут:

https://transcourse.online/

*— Вы всерьез считаете, что вас тогда будут слушать?

— Если нет, что же, придется подождать еще. Передадим книги нашим детям, в устной форме, а они, в свою очередь, придут с этими книгами к другим людям. Конечно, многое будет утеряно. Но ведь людей невозможно заставить слушать. Рано или поздно, но они должны будут прийти в себя после долгой болезни и тогда начнут задумываться, что же такое случилось в мире и почему он взорвался прямо под их ногами. Долго продолжаться это не может.

— Сколько вас всего?

— Этой ночью нас уже тысячи — на дорогах, на заброшенных железнодорожных путях; снаружи мы бродяги, внутри — библиотеки. Поначалу в этом не было никакого плана. Каждый человек имел какую-нибудь книгу, которую он хотел запомнить. И действительно запоминал. Затем, в течение двадцати лет или около того, мы встречались друг с другом во время наших скитаний и общими усилиями создали нечто вроде просторной сети, а потом выработали план действий. Самое важное, если не единственное, что нам нужно было вдолбить в самих себя, — это то, что сами мы никакие не важные персоны, мы не должны быть педантами и нам не след ощущать свое превосходство над кем-либо еще в мире. Мы не более чем суперобложки для книг, и другого смысла в нашем существовании нет. Иные из нас живут в маленьких городках. Первая глава книги Торо «Уолден» живет в Грин-Ривер, вторая глава — в Уиллоу-Фарм, штат Мэн. А вот в штате Мэриленд есть один городишко, в котором живут всего двадцать семь человек, ни одна бомба туда никогда не упадет, и этот городок — полное собрание трудов человека по имени Бертран Рассел. Берите этот городок и листайте страницу за страницей, каждый человек — столько-то страниц. А когда война закончится — когда-нибудь, в каком-нибудь году это обязательно произойдет, — можно будет снова писать книги, и тогда наших людей начнут приглашать, одного за другим, чтобы они читали наизусть то, что знают, и мы опять будем печатать все это типографским способом, пока не наступит новое средневековье, и тогда нам придется начинать всю эту чертову карусель сначала. Но ведь это и есть самое замечательное в роде человеческом — его невозможно обескуражить или отвратить от этой деятельности настолько, чтобы он поднял лапки кверху и отказался начинать все сначала, потому что прекрасно знает: такая деятельность очень важна и во всяком случае заниматься ею стоит.

— Что мы будем делать этой ночью? — спросил Монтаг.

— Ждать, — ответил Грейнджер. — И немного продвинемся дальше по реке, так, на всякий случай.*

— Рэй Брэдбери, "451 градус по Фаренгейту"

Внимание: личное-больничное и в связи с этим объявление о работе.

Мне продлили больничный до 16 марта и сделали контрольный рентген. По мнению врача, на нем все хорошо. Следующая часть квеста - удалить штифт. Запись по ОМС на консультацию перед операцией (дату операции определяет врач на консультации) доступна только 21 марта, поэтому я выбрал вариант 7 марта за 3000 рублей. Тогда есть шансы, что к восьмой неделе своего пребывания в ноге (15 марта) штифт будет удален и перестанет бесить мою иммунную систему (отеки, боль). А я начну ходить двумя ногами. Раньше штифт был необходим, но с каждым днем его пребывание в моем организме все более бесполезно, а к 21 марта точно начнет вредить. К сожалению, операция тоже может оказаться платной, потому что бесплатного приема придется долго ждать, а я не имею такой возможности. В этом же месяце мне предстоят существенные траты на эндокринолога, которые нельзя отложить.

Помощь:
- деньги
- волонтерство
- добрые слова

Можно оплатить мою работу, если вам или вашим знакомым нужны:
- нарративные консультации (разово или длительно, нарративная практика шире, чем терапия, так что во внетерапевтических форматах приглашаю всех)
- репетиторство по химии и биологии (в том числе, подготовка к зкзаменам)
- ловцы снов на заказ (внезапно, но да)
Цена договорная. Примеры работ по ловцам были на моем канале, но я могу скинуть фото ещё раз.

Если бы я знал, что записываться нужно сильно заранее, чтобы попасть бесплатно вовремя, я бы так и сделал, но врач при выписке не сообщил мне эту информацию (и никто не сообщил), и сейчас уже ничего сделать по этому поводу нельзя (только покричать, но это время не вернет).

Спасибо большое за внимание.

Мне кажется, что быть сказочником и быть нарративным практиком — это похожее ремесло. Оно звучит, как металлические ноты калимбы, а после встречи с умельцем иногда в воздухе словно остаётся тёплое вибрирующее свечение.

Такое чувство у меня иногда рождается после бесед с Симхой. Мы с Симхой пересекались на интервизиях (кто не знает, интервизии это такие встречи коллег, как супервизии для панков), и мой опыт знакомства с ним убеждает меня, что это человек, полный невероятной чуткости, внимательности — а ещё смелости не соглашаться с авторитарными идеями не только в политической жизни вокруг нас, но и внутри помогающей работы, которая тоже может быть далеко не безобидной.

Если в терапии вас пытались приспособить к "нормальной" жизни, которая вам не подходит, если вам просто было бы важно оказаться не с вылизанно профессиональным, но будто абсолютно безликим психологом, в которого говоришь как в бездонную пустоту, а с живым человеком — вам к Симхе.

Конечно, френдли к любым кусочкам квир-сообщества. А ещё с Симхой можно говорить про всякий-разный религиозный опыт и про сказки. Особенно, если они похожи на "Дом, в котором..." )